uzel

Чужой жратвы не надо нам, пусть нет, зато своя. (© А. Башлачёв)

Гендиректор минздрава гордо (а как же ещё при таком министре) отверг помощь Нетаниягу в переговорах с производителями противокоронных вакцин.
Почему-то пришла в голову вынесенная в заголовок цитата из песни Башлачёва "Слёт-симпозиум".
uzel

Русская водка

Продолжая алкогольную тему.
На этот раз получилось что-то вроде гимна Ей-родимой.
На всякий случай считаю нужным заметить: песня не автобиографическая. 🙂

Музыка: Ян Френкель. Тема: Инна Гофф ("Русское поле")

Русская водка

Водка,
Русская водка...
Хлещут дожди или жарит хамсин, -
Поступью чёткой,
Твёрдой походкой
Я за тобою иду в магазин.

Русская водка,
Русская водка…
Сколько всего перепить мне пришлось!
Ты же – находка,
Чистая нотка,
То, что лилось, то, что в горло влилось.

Не сравнятся с тобой ни метакса, ни джин.
Ты со мной, моя водка, как с сержантом свисток.
Я тобой одержим, а потом недвижим.
Лейся, русская водка, я – твой чистый глоток.


Водка,
Русская водка...
Пусть я давно перешёл на вино,
В танке и в лодке,
В каске, в пилотке
Я возвращаюсь к тебе всё равно.

Русская водка,
Русская водка…
Я признаю за тобой все права.
Смирно и кротко
Лью тебя в глотку,
Да не окрасит мой нос синева.

Не сравнятся с тобой ни текила, ни ром.
Пьют тебя без затей, не грызут, не сосут.
Я тебе бью челом, салютую пером.
Лейся, русская водка, я – твой чистый сосуд.
uzel

Бутылка

В среду начал день с коньяка. Настоящего. Кошерного. Так уж получилось. (Да, у меня есть чётко отрицательный ответ на вопрос Карлссона). Начал напевать: "Если день ты начал с коньяка" на мотив "Улыбки"... Пока день начинался, песенка была практически готова. Она о счастье, радости и пользе сдачи посуды. Её посыл не очень вяжется с траурными днями, но пусть перед шабатом будет немного радости.

Бутылка.

От бутылки станет мир добрей.
Будет счастлив, кто к бутылке прикоснётся.
Поделись бутылкою своей,
И она к тебе не раз ещё вернётся.

И тогда наверняка
Будет руки жать рука,
Повернувшись, станут лицами затылки.
С голубого ручейка
Начинается река,
Ну а дружба начинается с бутылки.

От бутылки маленькой одной
Хлынут радость и покой в десятки рюмок
И оттуда двинутся волной,
Исцеляя невесёлых и угрюмых.

И тогда наверняка
Жизнь становится легка,
И в улыбки превращаются ухмылки.
С горьких снадобий глотка
Начитается тоска,
Ну а радость начинается с бутылки.

Если день ты начал с коньяка,
Если ты его продолжил рюмкой виски,
Поплывут по небу облака,
Как котята в вечном поиске сосиски.

И тогда наверняка
Снова выпьешь коньяка
И лимона дольку вслед отправишь с вилки.
С незаметного крючка
Начинается строка,
Ну а песня начинается с бутылки.
uzel

О правительстве перемен, созвучиях и географии.

Шломо Ленский какое-то время назад предложил состав правительства единства 12-и стульев и золотого тельца:
Глава правительства - Бендер. По созвучию напоминает нашего нынешнего главу.
В комментариях тема развивалась, но один немаловажный аспект был тогда упущен.
В "Золотом телёнке" Бендер иногда представлялся как Бендер-Задунайский. Какие реки созвучны Дунаю и относительно близки к нему географически (не по израильским масштабам, разумеется, а, скажем, относительно расстояния от Израиля до тех мест)? Это - Днестр, Днепр, Дон.
Тогда по созвучию с Бендером-Задунайским наш нынешний глава правительства может именоваться, допустим, Беннет-Задонский.
А что, неплохо звучит: "ממשלת זדונסקי" ...
uzel

Репост из ФБ от 18.06 - Обновление сайта "Зимрат аАрец"

На днях был сделан первый этап большого обновления сайта. Добавлены тексты песен последних 6-7 лет включая песни из авившпиля-2016, спектаклей ко дням рождения 2015-го и 2018-го годов и нового спектакля "Коронный год 2020-2021". Некоторые песни есть на ютьюбе (если песня выложена, то это видно на её странице), впоследствии исполение части из них будет улучшено.

Страница песен по группам

На очереди (через месяц-полтора) - несколько песен на иврите и дополнительное упорядочивание тем и виртуальных альбомов.
uzel

Репост из ФБ от 16 июня: О русичах и смотричах

Сегодня меня дважды обидели. Первый раз - совершенно не по-доброму. В пробке (окна открыты) из машины слева высунулся некий тип и сказал, что я, наверное, голосовал за Либермана. Я, в общем-то, уже привык к такому подходу, - раз я выгляжу так, как выгляжу, то наверняка голосую стереотипно, - но всё равно коробит, и ладно бы ещё, как бывает, стеснительно так пытаются узнать, нет, тут, будто свершившийся факт. Поскольку пробка была длинной, то я сказал этому типу всё, что я думаю о таком подходе и о нём самом, поскольку его придерживается. Он спросил меня, за кого я голосовал, я ответил. Он пару раз переспросил, но, кажется, всё равно не поверил, - уж больно не вписывается в его стереотипы.
Во второй раз, скорее, насмешили, чем обидели. На рынке некий чувак спросил, говорили ли мне, что я похож на Либермана. Мне это уже говорили, хотя и не часто, но и тут я довольно эмоционально объяснил ему, что я думаю по этому поводу. Он сказал мне: "Не принимай близко к сердцу. Я вот на Беннета похож". С этими словами он надел вынутую из кармана кипу (не нано, но микро) и удалился. Как по мне, так на Беннета он был похож гораздо больше, чем я на Либермана. Впрочем, что взять с аборигенов, - для них все "русские" с бородой на одно лицо. Меня вот пару раз путали с Володей Хирманом. Причём, сотрудники, когда мы ещё вместе работали.
К чему это я, собственно? А к тому, что, просматривая позавчера новости с заседания кнессета, где утверждали новое правительство, наткнулся я на один снимок и примерно несколько секунд усиленно моргал, пытаясь понять, что это за шутки ynet-а такие. Поморгавши, понял, конечно, что никакие это не шутки. А эти кретины говорят, Либерман...
Фото вот, плакаты затушевал на всякий случай.

uzel

Повтор спектакля к 20-летию "Зимрат-аАрец"

20-летие клуба "Зимрат-аАрец" уже прошло. И за всеми эпидемиями и 21 год прошёл незаметно. Прошли ханука и пурим, выборы в Америке и выборы в Израиле. Но тем не менее представление повторяется. Живьём. Не в ЗУМе. Но в Текоа. Завтра, в четверг 29 апреля в лаг баомер примерно в 20:30.
Адреса, телефоны, явки и пароли сообщу всем желающим скрытым комментом.
Прошу прощение за то, что впритык.
uzel

История одного известного напитка, неочевидная, но вероятная

Давным-давно, а именно, во второй половине 19-го века жил в Риге один еврей. Звали его Бер-Лейб Заменгоф, и был он аптекарем. В качестве аптекаря готовил он разные снадобья, и одно из них было в особом почёте среди местных евреев, да и не только евреев. Оно представляло собой особую смесь трав, настоянную на спирту. Считалось, что рижские Заменгофы происходили из знаменитого семейства Автинас, а уж те знали толк в травах. И рецепт своей знаменитой смеси семья Заменгоф хранила в секрете и передавала из поколения в поколение подобно тому, как когда-то семейство Автинас хранило секрет приготовления смеси благовоний для воскурения в Храме.
Секрет, конечно, хранился, да не совсем: в 1764-м году прадед Бер-Лейба, еврейский купец, продал секрет изготовления некоего бальзама одному аптекарю-немцу по имени Абрахам Кунце. Дело было так: в тот год в Ригу приезжала императрица Екатерина II, незадолго до этого взошедшая на престол. Во время визита с ней случилась колика, и власти сбились с ног в поисках средства, способного ей помочь. Обратились и к аптекарю Кунце, состоявшему в дальнем родстве с новоиспечённой императрицей. Сам он помочь её не мог, но знал о чудодейственном средстве, которое умел приготовить его приятель, еврейский купец Заменгоф. В тот же день между ними состоялась сделка: Заменгоф передал Кунце рецепт целебного бальзама, который должен был сразу же вылечить Екатерину, а Кунце обязался испросить у своей дальней родственницы разрешения для евреев поселиться в Риге. Дело происходило после 20-летнего периода правления императрицы Елизаветы, характеризовавшимся гонениями на евреев, и последние связывали определённые надежды со сменой власти в Петербурге. Надежды себя оправдали: мгновенно исцелённая императрица в тот же год издала указ, разрешающий еврейским купцам селиться в Риге (с них и началась еврейская община города), а Абрахаму Кунце даровала привилегию на изготовление чудодейственного бальзама.
Итак, Абрахам Кунце стал изготовлять бальзам. Заменгофа это, впрочем, совсем не смущало: его семейство хранило не один рецепт, и он продолжал делать (в основном, для зародившейся еврейской общины) свой бальзам, который сам Заменгоф считал настоящим в отличие от того, что производил Кунце. И вправду: бальзам Заменгофа был густой, чёрный, крепкий и, в отличие от слабоалкогольного (16%) бледно-жёлтого бальзама Кунце, мог быть использован как для лечения, так и для поднятия духа. Так что в определённое время в Риге существовало два производства бальзама: поставленное на широкую ногу производство бальзама Кунце и полуподпольное производство бальзама Заменгофа. И именно эта полуподпольность сыграла как раз в пользу последнего: власти неоднократно в силу разных причин ограничивали или вообще запрещали производство бальзама Кунце, тогда как бальзам Заменгофа вообще не попадал в их поле зрения и продолжал производиться в небольших количествах.
Еврейскую общину, впрочем, это устраивало, а, недовольным, если они и были, Заменгоф разъяснял, что настоящий бальзам производит именно он, а та сделка с Кунце фактически являлась трюком. Есть мнение, что слово «кунц» (трюк) вошло в идиш именно тогда.
Но вернёмся к герою нашего рассказа, Бер-Лейбу Заменгофу. Кроме производства бальзама, он был известен сложным характером и частыми приступами гнева, который он направлял на соплеменников, недостаточно (по его мнению) уделяющих внимание исполнению заповедей, за что и получил от последних прозвище «гневный» (на иврите - «бАаль зАам»), которое прижилось настолько, что вытеснило настоящее имя. Отношения между ними перманентно ухудшались, и дошло до того, что евреи Риги объявили бойкот его бальзаму, в результате чего в 1876-м году разгневанный Бер-Лейб оставил Ригу и переехал в Ревель (теперь Таллинн). Как раз тогда были сняты очередные ограничения для евреев Ревеля, и им было разрешено селиться во всех частях города, и, воспользовавшись поблажками, Бер-Лейб поселился в самом центре. Там он открыл свою аптеку, где и продавал свой бальзам, быстро полюбившийся жителям Ревеля. Напиток получил название по имени производителя, уже известному местным евреям: «Рижский бАаль зАам».
Тем временем в Риге дефицит полюбившегося напитка стал чувствоваться всё острее, и в 1879-м году рижский предприниматель Альберт Вольшмидт, уже имевший к тому времени в Риге оснащённый по последнему слову техники завод по производству крепких алкогольных напитков, встретился в Ревеле с Бер-Лейбом Заменгофом. Никто не знает, что именно обсуждали два бизнесмена, но уже в тот же год завод Вольшмидта приступил к выпуску новой продукции по рецепту Заменгофа под названием «Рижский Бальзам». По всей видимости, Вольшмидт не знал о прозвище Заменгофа и, тем более, не знал иврита, поэтому счёл название «Бааль Заам» эстляндским искажением слова «бальзам».
В 1881-м году после убийства царя Александра II-го власти ввели новые ограничения на проживание евреев в Ревеле, и Бер-Лейб Заменгоф был вынужден вернуться в Ригу. К тому времени Вольшмидт с целью увеличения продаж придал бальзаму Заменгофа новое название: «Настоящий Рижский Кунценский Травный Бальзам». Это привело к тому, что вернувшийся Бер-Лейб был встречен рижскими евреями градом насмешек по поводу якобы очередного «кунца», теперь уже с Вольшмидтом. В ответ на это Заменгоф в очередном приступе гнева продал секрет производства бальзама своему старому рижскому приятелю, немцу Шрадеру, специалисту в ликёроводочном деле, который работал с Вольшмидтом.
Это было последней каплей еврейского участия в производстве рижского бальзама. Бер-Лейб Заменгоф, получив значительную сумму за продажу секрета, отошёл от дел и, по некоторым сведениям, эмигрировал в Америку. После присоединения Латвии к СССР в 1939-м году семья Шрадер уехала в Германию, и с тех пор её следы затерялись вместе с секретом приготовления бальзама. Рецепт был приблизительно восстановлен на основе существующего напитка, и производство бальзама возобновилось в Риге в 1950-х годах.
Примечание: Есть мнение, что вся эстонская часть биографии Бер-Лейба Заменгофа является вымышленной, поскольку аббревиатура его имени и так звучит как «Бальзам», и это и являлось его изначальным прозвищем. Как писал Овсей Дриз: "Что я скажу вам на это в ответ: может быть, да, а может быть, нет." Это – всего лишь одна из версий, не более убедительная, чем остальные.